Коллекционер, писатель, создатель крупнейшего в стране музея группы «The Beatles».
Коллекционер, писатель, создатель крупнейшего в стране музея группы «The Beatles».

Биография

Николай Иванович Васин известен как Коля Васин (24 августа 1945, Ленинград) — советский и российский коллекционер, писатель-историограф, создатель крупнейшего в стране музея группы «The Beatles», учредитель «Храма любви, мира и музыки имени Джона Леннона», важная фигура в среде питерского рок-н-ролла.
Сам Коля называет себя скромно — художник-керамист, и с гордостью показывает свое изобретение — храмовые кружки, которых, по его словам, не найти даже в Америке.
В 1963 году стал сильно увлекаться группой «The Beatles» и в 1966-ом, после выхода альбома Revolver, переоборудовал свою квартиру в музей, впоследствии получивший неофициальное название «Yellow Submarine» (в честь одноимённой песни).
В апреле 1971 года Васин предпринял попытку создания первой в Советском Союзе ассоциации рок-музыкантов, но организация развалилась после того, как одного из её учредителей арестовали и посадили в тюрьму. С подачи Николая Васина в Ленинграде проводились концерты в честь дней рождения участников группы «Битлз», в которых принимали участие известные музыканты, в числе которых «Аквариум», Юрий Ильченко, Геннадий Зайцев, Ольга Першина и Наталья Васильева. Первым подобным мероприятием стал концерт в честь дня рождения Джорджа Харрисона.
В 1977 году принимал участие в редактировании подпольного журнала «Рокси», является автором многих его статей. Начиная с 1989 года много путешествал по США и Великобритании, общался с исследователями творчества «Битлз» по всему миру. К примеру, в одной из первых своих поездок Николай Васин познакомился с Аланом Уильямсом, первым менеджером группы, который после этого стал приезжать в Россию на празднования дней рождения «битлов». Некоторое время Васин занимался популяризацией музыки Элвиса Пресли, потому что тот оказал на «Beatles» очень большое влияние.
С 1990 года Васин пропагандирует строительство в Санкт-Петербурге «Храма любви, мира и музыки имени Джона Леннона». Эта на первый взгляд абсурдная идея получила большую поддержку и возымела много поклонников — городскими властями под храм даже была выделена территория, в устье реки Смоленки на Васильевском острове (при условии, что все технические вопросы Васин будет решать сам). 19 января 1992 года он стал президентом Комитета по сооружению храма, который ныне зарегистрирован в городской мэрии как общественная организация.
На Пушкинской 10 был открыт Фонд «Свободная культура», целью которого стали сбор средств на постройку храма и другие мероприятия по увековечиванию группы «Битлз» в Санкт-Петербурге. Согласно плану Николая, с вершины Храма будет виден Ливерпуль, родина битлов. В своём интервью Ярославу Денисову Коля рассказал, как чётко представляет себе день, когда Джон Леннон приплывет к нему на лодке с одной из сторон Храма. Васин не раз говорил, что момент, когда ему приснился Храм Любви и Музыки может сравниться только с моментом, когда он встретил Пола Маккартни (Поля, как чаще его называет Николай). Когда Васина спрашивают об его отношении к другим музыкальным группам, как например The Doors Коля не задумываясь отвечает — в молодости слушал без перерыва, но вообще Doors «не от Бога, и они уже давно остались где то позади..а может быть и впереди», неуверенно добавляет Коля, «я их не слушаю».
В 2007 году вышла в свет его книга «Рок на русских костях», в которой подробно рассказывается о влиянии группы «Битлз» на советских музыкантов и о становлении под этим влиянием русского рока. Материалы для книги собирались автором на протяжении всей жизни, ещё с 1964 года.

Публикации

Страница Коли Васина в Википедии.

Васин на «Пушкинской-10»

Коля Васин у себя и весело рассказывает каким-то своим гостям про очередную статью о нем: «Хорошая статья про мой офис, про меня. Все правильно написано. Кто герой Санкт-Петербурга? Коля Васин. У меня, кстати, и медаль есть. Я сам себя наградил медалью «Любовь к рок-н-роллу». Единственная такая в России. Здесь наш герб, — показывает он медаль. — Это медальеры делали — мои друзья. А медаль придумал я, конечно».Если Колю спросить, то он скажет, что приемные часы у него по вечерам пятницы. Здесь он не вполне честен. Стоит только хорошо попросить, и он впустит. Несмотря на время и день недели. Так случилось и при мне. Какие-то молодые девушки — поклонницы «Битлз», пришли к нему и сегодня. И он им рассказывает то, за чем они пришли. Про свою религию. Говорит, что поверил в Бога, когда услышал «Битлз»: «Меня никакая религия в мире не устраивает, меня устраивает религия битлов. Это религия любви. Поэтому я строю храм… для тех, кто меня понимает». Дьявол, по его мнению, тот, кто мешает музыке и противоречит Богу. И идет вечная борьба. А если его кто-то из молодых не понимает, он добавляет, что надо пожить еще немного, тогда и поймут.Про эту его идею строительства известно уйме людей по всей стране. Можно подумать, что офис Коли Васина на «Пушкинской-10» обязателен для посещения тысячами гостей города, и они ставят про себя галочки напротив названий мест, где побывали: Эрмитаж, Кунсткамера, «Аврора», офис храма Джона Леннона. А Коля и рад сказать: «У меня мания такая. Я маньяк. Маньяк храма Джона Леннона». Немногие знают, что он еще и художник.Коля Васин рассказывает: «Моя творческая жизнь началась с мелочей. Детский пластилин, детские каракули. Общение с природой. На меня очень влиял лес. Люблю лес с детства. Я часто ходил туда за цветами. Я ромашки всегда любил, всегда у меня цветы стояли. Вот недавно ездил в лес — привез первую вербу.Почти всеработы здесь —мои. Моя керамика. Кружки на столе — мое изобретение.Храм Джона Леннона я слепил, вот битлам памятник я сделал, вот моя ваза для цветов. Все. Мои рисунки. Битлов рисую. Люблю очень абстракции и авангардные всякие дела. Но больше всего я люблю природу!»На самом видном месте стоит модель будущего храма и памятник «Битлз». «Он будет 1 м 30 см. Из камня», — объясняет Коля. На столе, рядом с моделью, — «кружки любви», тоже придуманные им. «Я очень люблю глину, — добавляет он. — Видишь, глина стоит в белой плошке? Вот. Это я там работал».Коля говорит о картинах на стенах. В его коллекции их около ста. Есть среди них и собственные. «Картины разного уровня. Моих лично — штук десять. Вон Джон, например, в углу висит за моделью храма… ну и еще что-то. Так как есть более сильные работы, я свои не вывешиваю. А остальные — моих друзей. Их онирисовали сами или я их просил. Все эти картины есть в книге».«Нет, я выставок не делаю, — объясняет он. — Все для храма». Вот так. А работы его люди смогут увидеть, оказывается, только если храм построят. Он вряд ли будет копаться в своей мастерской-офисе-квартире-складе, чтобы найти и показать гостям собственные картины.Да, у Коли Васина еще ведь есть книга. «У Достоевского сто книг, а у меня одна. Но он про «Битлз» ни одной книги не написал, а я целиком всю книгу про них. В России нет ни одной нормальной книги про «Битлз». Это такой ужас — что они пишут! Я одну книгу даже сжег, можешь себе представить?» Колина книга называется «Русский рок на костях», и Коля рекомендует ее «купить, почитать и передать своим правнукам»: «Это книга любви и свободы, я ее писал всю жизнь. Когда услышал битлов в 1964 году, я начал делать заметки. У меня эти листочки валялись-валялись целых 40 лет. И потом — бац! — в прошлом году вышла книга. Я дико доволен ею. Я считаю это просто чудом!»«Единственный творческий союз, в котором я состою, — это «П-10». Между этими союзами мне разницы нету, я живу искусством. Есть искусство дурацкое — не от Бога, есть искусство от Бога, которому я и следую, которое меня питает своей энергией. Вот и все, а остальное меня не интересует абсолютно. Искусство вообще должно процветать в нормальной стране».А теперь уже, собственно, про «П-10» и ее директора: «Познакомился я с Ковальским в 1970-е годы, когда еще жил на Ржевке. В 1983-м году я приехал на улицу Пушкинскую и жил в доме 16. Потом встретил его, случайно, году так в 1989–1990-м. Я ему рассказал про храм. Он говорит: «Давай к нам, мы в доме 10 обосновались». И он мне дал этот офис. Я пришел, посмотрел. Здесь все было ободрано. Мы его кое-как отремонтировали своими силами, а потом был большой ремонт в 1997-м году. И стало жить более-менее прилично. Теперь можно работать, тепло даже».«Не имей сто рублей, а имей сто друзей», — повторяет он часто. Друзей своих тоже вспоминать любит. Начинает казаться, что ни один его даже самый маленький проект вплоть до обжига чашки не обходится без дружеской поддержки. Но в самом главном проекте его жизни имеющейся поддержки явно не достаточно. Каждый день, по его словам, к нему кто-нибудь заходит и спрашивает: «Коля, ну как дело храма?» Кажется он грустнее, когда объясняет мне: «Этот храм задуман как народная стройка: каждый приходит со своим кирпичом. А люди спрашивают: скоро ли ты, Коля, построишь храм, чтобы мы пришли и покайфовали в нем?»«Я со всеми общаюсь: и с Господом Богом, и с черными, и с рыжими, и с китайцами, и с детьми, и со старушками, и с теми, кто еще не родился», — говорит Коля. Только с молодыми общаться, думаю я, ему все же потяжелей. Его гостям надо объяснять не только разницу между «Господом Богом» и «Товарищем Дьяволом». Объяснять надо и из чего выросла его затея, чего он добивался и добивается. Если молодым, которые к нему порой наведываются, нет даже двадцати, то для их понимания это становится тяжелее.«Я всегда боялся совков, властей, учителей, даже родителей, хотя родители потом меня поняли. Бабушки в доме, в котором я жил, говорили: «Ну, погоди, заберут тебя, Коля». А вы что, не знаете, что в Совке преследовали битлов? Их пластинки не издавались, их фанов сажали в тюрьму, увольняли с работы. Меня арестовывали и срывали концерты. На моих концертах выступало много групп. Их очень много — десятки, сотни. Я тридцать лет этим занимаюсь. От известных («Аквариумов», например) — до неизвестных. Они хорошо поют битлов. Эта музыка создана для того, чтобы ее петь».Да, еще Коля Васин — организатор концертов. И итог его объяснений таков: «Я хочу, чтоб не было страха в России больше никогда». Вклад «Пушкинской-10», по его мнению, здесь просто неоценим: «Пушкинская-10» повлияла, конечно! Зерно свободы упало на страну. То, где я нахожусь, — это гнездо свободы. Это лучшее место в Петербурге — «Пушкинская-10». А на «Пушкинской-10» мой офис — самое лучшее место (смеется). Я абсолютно уверен в этом».