Поэт, драматург, режиссёр
Поэт, драматург, режиссёр

 

Биография

Николай Алексеевич Якимчук учился на факультете журналистики Ленинградского государственного университета. Работал в ленинградских газетах. Главный редактор альманаха «Петрополь» (с 1989), учредитель и координатор Царскосельской художественной премии (с 1993). Автор и ведущий телевизионной программы «Царскосельские встречи» на телеканале«ВОТ!» Член Гильдии драматургов Санкт-Петербурга.

Живёт в Царском Селе (город Пушкин).

Проза и поэзия

«Колесо неуспеха», (Л., 1989)
«Как судили поэта. Дело Иосифа Бродского», (Л., 1990)
«Мой Сталин», (Л., 1991)
«Полу-Россия, полу-Китай», (СПб., 1993)
«Тракийски епифани», (София, 1996)
«Следы в воздухе. Царскосельские хокку», (СПб., 1996)
«Книга странника». Проза, эссеистика разных лет, (СПб., 2001)
«Хемингуэй, Сэлинджер, Беккет. Три товарища», (СПб., 2001)
«Это был не Маркес» (рисунки Виктора Тихомирова), (СПб., 2006)
«Антидепрессант» (в соавторстве с Вячеславом Бутусовым), (М., ЭКСМО, 2007)
«Жуки в ботах» (в соавторстве с Вячеславом Бутусовым), (СПб., 2009)
«Любовь с виниловой пластинкой», (СПб., 2009)
«Курёхин, Пикассо и др.», (СПб., 2009)
«Короткий рай», (СПб., 2010)
Стихи и рассказы печатались в журналах: «Юность», «Арион», «Знамя», «Новая Юность», «Радуга» (Эстония), «Новый журнал» (США), «Интерпоэзия» (США), «Арт-Город», переводились на болгарский и итальянский языки. Книга «Дело Иосифа Бродского» переведена на английский язык и издана в США.

Пьесы

«Хемингуэй, Сэлинджер, Беккет», Санкт-Петербург, Театр им. Ленсовета, антреприза, 2002; Рига, Академический «Дайлес-театр», 2003
«Пьяный корабль», Рига, Академический «Дайлес-театр», 2004
«Увидимся навсегда», Санкт-Петербург, театр «Комедианты», антреприза, 2006
«Садовник Камаль», Рига, Новый Рижский театр, 2006
«По дороге в Канны», Санкт-Петербург, театр «Комедианты», антреприза, 2008
«Танго в пустыне», радио «Россия», 2004; Театр Драматических импровизаций, 2008; Театр им. Ленсовета, антреприза, 2009
«Белый Петербург» («Серебряный туман»), Санкт-Петербург, театр «Остров», 2011
Пьеса «Белый Петербург» стала призёром конкурса пьес, посвящённых 300-летию Петербурга. Пьесы переводились на английский, немецкий, французский, польский, латышский, китайский языки.

Фильмы

«Гранат для Евы». Фильм принимал участие в фестивалях:
3-й Международный кинофестиваль «Ножницы» (Санкт-Петербург-Пушкин, 2010)
2-я Международная Балтийская биеннале (Санкт-Петербург, 2010)
13-й Международный кинофестиваль независимого кино «ДебоширФильм – Чистые грёзы» (Санкт-Петербург, 2010)
7-й Международный фестиваль киношкол «Кинопроба» (Екатеринбург, 2010)
26-й Международный фестиваль и кинорынок в Клермон-Ферране (Франция, 2011)
18-й Международный кинофестиваль «Святая Анна» (Москва, 2011)
Paris Festival of Different and Experimental Cinemas (Париж, 2012). Специальный приз фестиваля
«Когда мне чудится далекая планета…» (в соавторстве с Алексеем Воробьёвым). Фильм принимал участие в фестивалях:
12-й Международный фестиваль позитивного кино (Санкт-Петербург, 2011)
6-й международный кинофестиваль «В кругу семьи» (Екатеринбург, 2011)
Международный интернет-фестиваль независимого кино SpaceLiberty (Украина, 2011)
Международный фестиваль «We Speak, Here…» (США, Новая Зеландия, Индия, Индонезия, 2012)
Международный фестиваль «Русская весна в Тунисе» (2012)
19-й Международный кинофестиваль «Святая Анна» (Москва, 2012)
3-й Международный фестиваль «Свидание с Россией» (Екатеринбург, 2012)
16-й Международный фестиваль «Document Art» (Румыния, Питешти, 2012). Приз фестиваля
1-й Открытый фестиваль короткометражного игрового кино KONIK (Москва, 2012, внеконкурсный показ)
Международный кинофестиваль «Cine//B_5» (Чили, 2012)
4-й Международный молодёжный фестиваль «ДАР–2012» (Екатеринбург, 2012)
«Джон Леннон. Россия. Ангелы» (в соавторстве с Алексеем Воробьёвым). Фильм принимал участие в фестивалях:
13-й Международный фестиваль позитивного кино (Санкт-Петербург, 2012). Приз фестиваля
10-й Международный фестиваль «Signes de Nuit» (Париж, 2012)
2-й Международный кинофестиваль «ArtoDocs» (Санкт-Петербург, 2012)
15-й Международный кинофестиваль независимого кино «ДебоширФильм – Чистые грёзы» (Санкт-Петербург, 2012)
4-й Международный молодёжный фестиваль «ДАР–2012» (Екатеринбург, 2012)
16-й Бердянский Международный Кинофестиваль «Бригантина» (Украина, 2013)
«Берега» (в соавторстве с Алексеем Воробьёвым). Фильм принимал участие в фестивалях:
1-й фестиваль короткометражного кино «Кадр, вперед!» (Ярославль, 2012)
16-й Международный фестиваль «Document Art» (Румыния, Питешти, 2012). Приз фестиваля
1-й Открытый фестиваль короткометражного игрового кино KONIK (Москва, 2012, внеконкурсный показ)
4-й Международный молодёжный фестиваль «ДАР–2012» (Екатеринбург, 2012)
«Точка опоры. Поэт Григорий Хубулава» (в соавторстве с Алексеем Воробьёвым). Фильм принимал участие в фестивалях:
1-й фестиваль короткометражного кино «Кадр, вперед!» (Ярославль, 2012)
2-й Московский молодёжный кинофестиваль «Будем жить!» (Москва, 2012)
2-й Международный кинофестиваль «ArtoDocs» (Санкт-Петербург, 2012)
1-й Международный кинофестиваль «Флаэртиана» (Пермь, 2012)
14-й Международный фестиваль Позитивного кино (Санкт-Петербург, 2012). Победитель фестиваля
18-й Международный кинофестиваль «Сталкер» (Москва, 2012)
4-й Международный молодёжный фестиваль «ДАР–2012» (Екатеринбург, 2012). Гран-при фестиваля в номинации «Лучший документальный фильм»
«Жди меня (японка Юка и Россия)» (в соавторстве с Сергеем Левашовым). Фильм принимал участие в фестивалях:
14-й Международный фестиваль Позитивного кино (Санкт-Петербург, 2012). Победитель фестиваля

Прямая речь

Из интервью для сборника «Параллелошар», 2007 год.

Коля, скажи, как и когда начиналась твоя литературная жизнь?

Моя литературная жизнь началась в 15 лет. Тогда я был абсолютным гением, ничего не читал, ничего не знал. Я выходил на улицу в городе Пушкине, выкладывал тетрадку прямо на снег и писал гениальные стихи. Я был наедине с мирозданием. В то время я действительно был гением, хотя сейчас я так уже не считаю.

Ты всегда жил в Пушкине?

Нет, родился я в Петербурге — детство прошло на Кузнечном. Вообще угол Кузнечного и Лиговки — мистическое для меня место. Напротив тогда был кинотеатр, куда я ходил в детстве смотреть фильмы. А потом в этом же месте появился театр, в котором шли мои пьесы. В детстве я много гулял и по Пушкинской улице, а позже здесь появился этот дом.

Расскажи, как Ты попал на «Пушкинскую-10» и в качестве кого?

На «Пушкинскую-10» я попал на рубеже 1990-х годов. Сначала я приходил сюда к моим знакомым художникам и музыкантам. А потом волею судеб постепенно начал осуществлять здесь свой издательский проект — альманах «Петрополь», а также сопутствующие ему книги, концерты и многое другое.

Как и когда появилось издательство «Петрополь» и альманах?

Это был 1988-1989 год, когда наконец сказали, что можно быть независимыми. До этого, с 1984 года, я уже издавал маленький самиздатский журнальчик, который распространялся среди своих.

А скажи, пожалуйста, что такое Фонд русской поэзии, который ты тоже создал?

Эта идея вызрела в 1990-е в связи с возрастающим интересом к настоящему искусству. Но я понимал, что для создания такого фонда надо было найти значительных людей, которые стали бы его учредителями. И я нашел таких людей. Это Иосиф Бродский, например, у меня хранится его подпись как учредителя Фонда, Д. С. Лихачев, А. Кушнир. Поддержали Фонд тогда и наши известные рок-музыканты — Бутусов, Шевчук, Гребенщиков, Макаревич. Тогда был период энтузиазма, когда все верили в то, что это возможно — объединить усилия людей разных творческих профессий под таким красивым названием, как Фонд русской поэзии. И только теперь я понимаю, что тогда много было сделано, а много и не сделано.

Так сейчас этот Фонд продолжает существовать?

Он существовал с 1990-х по 2005 год — время, когда под эгидой Фонда выходили книги. Все это держалось тогда на благотворительных деньгах. Но эта история завершилась. И сейчас мы находимся на стадии со-проектов Фонда — двух премий: Царскосельская художественная премия и премия «Петрополь».

В чем состоит различие между премией «Петрополь» и Царскосельской премией?

Одно из главных различий состоит в том, что премию «Петрополь» мы, как правило, даем еще малоизвестным людям, нуждающимся в такой форме промоутерской поддержки, и таких людей действительно много. И многие наши друзья с «Пушкинской-10» получили эту премию. Например, в этом году мы отметили совместный альбом Евгения Орлова, Юрия Линника и Джозефа Тронкалли, изданный Музеем нонконформистского искусства. Это позволило привлечь большое внимание к этому малотиражному изданию. А Царскосельскую премию мы вручаем людям, уже достигшим определенных высот в сфере искусства и культуры, и это, как правило, всем известные люди. Царскосельской премии уже 16 лет, «Петрополю» — 12.

«Петрополь» очень активно занимается некоммерческой издательской деятельностью…

Занимался. После последнего альманаха я вдруг ясно осознал, что мне нечего больше издавать. В литературе, на мой взгляд, сейчас наступил кризис, который произошел гораздо раньше, чем экономический.

А тогда кто же ваши номинанты на премию? А судьи кто? Ведь премии-то вы продолжаете проводить ежегодно?

Да, слава Богу, пока ежегодно. Хотя были очень сложные времена — мы оставались совсем без финансирования.

Какими своими изданиями Ты гордишься?

Я издал 350 книг, уже даже сам не помню все эти издания. Но для себя я горжусь, например, альманахом памяти Довлатова — это был 1994-й год. Мы издали тогда такой бестселлер памяти Довлатова. Я тогда сам проделал большую работу — один из первых у нас в стране собрал материалы по Довлатову, ездил специально в Америку, в Таллинн, встречался с разными людьми, знавшими его лично. Я горжусь своим первым изданием стихов Владимира Уфлянда с предисловием Бродского. Я издал 4 книги Александра Городницкого, 3 книги Сергея Юрского, 5 книг Александра Дольского. Это те авторы, многолетней дружеской связью с которыми я дорожу и горжусь. Мы, например, первыми издали подлинные записи Фаины Раневской — «Дневники на клочках». Сережу Курехина, чьей дружбой я тоже очень дорожу, мы ведь с ним вместе начинали издавать книги. Незадолго до его смерти я проводил благотворительную акцию по сбору денег на его лечении. Но так случилось, что мы провели этот благотворительный концерт уже после смерти Сергея, собрав деньги для его семьи. Потом была выставка художников тоже в Фонд Семьи Курехина. И когда я оказался в архиве Курехина, мы обнаружили там рукопись, которую издали под названием «Немой свидетель». Это сценарий Сережи, его повесть, его интервью и литературные опыты. И этой книжкой я тоже горжусь.

Кем ты себя больше чувствуешь — издателем, общественным деятелем или писателем?

Хотелось, конечно, считать себя писателем, хотя не все мои коллеги это признают. И я сам понимаю, что долгое время занимался больше общественной деятельностью, чем своим литературным творчеством. И только последнее время я больше занимаюсь собой, нежели обществом. Одно время занялся драматургией, какие-то мои пьесы были поставлены. Сейчас я пытаюсь заниматься живописью и пишу прозу. Вышла моя совместная со Славой Бутусовым книжка «Антидепрессант», в которой я почувствовал себя прозаиком.

Давно ли ты занимаешься театральными постановками?

С 2000 года. Тогда я решил сменить жанр и нырнул в театр. Писал пьесы — писал много, с энтузиастом, раздавал по театрам, но вначале ничего не происходило. Потом я понял, что писал европейские пьесы, которые не нужны в России. Меня спасла Латвия — нашелся латышский режиссер, которому мои пьесы показались интересными. Было поставлено 3 спектакля, которые шли в Латвии 4 года, причем, в академических театрах. И пользовались там успехом. А здесь самому все пришлось организовывать. В Петербурге я сотрудничаю с актером Иваном Ивановичем Краско, с которым мы сделали три спектакля — «По дороге в Канны», «Увидимся в…», «Верни жену, Хемингуэй». В одной постановке я выступил сам и в роли режиссера и понял, что мне проще написать 10 книг, чем поставить один спектакль.

Ты являешься членом каких-либо официальных союзов или художественных объединений?

Когда-то являлся членом Союза литераторов. Мне даже как-то предлагали стать председателем Союза писателей России, но я отказался, так как руководить 450 писателями — это страшно. Я отказался вступать и в Союз писателей СПб — не вижу в этом особого для себя смысла.

Где тебе лучше работалось — на старой «Пушкинской» или на новой?

Конечно, на новой. Сейчас это место более комфортное, другая атмосфера. Хотя и в те жуткие блокадные условия на старой «Пушкинской» была мощная творческая энергия.

Так когда же тебе работалось-то лучше?

Сейчас. Я стал больше работать как творческая личность.

Так это для тебя связано с хорошими условиями?

Думаю, что да.

Можешь ли ты вспомнить какие-либо интересные истории, произошедшие с тобой на «Пушкинской-10»?

Я помню, как однажды ждал Сережу Курехина на «Пушкинской-10». Мы столкнулись с ним накануне, и он поинтересовался, как поживает «Петрополь». Я пожаловался на отсутствие денег, а он сказал, что найдет нужные деньги. И вот мы по этому поводу должны были встретиться на «Пушкинской». Я жду его и уже понимаю, что он, вероятно, не придет. Потому что это были и для него большие деньги — 600 доларов на издание альманаха. Но все же ждал долго как дурак. Он появился минут через 40 с каким-то гигантским тюком, извинился, сказав, что у дочери сегодня день рождения. Мы зашли с ним на наш склад, он выбрал книги на подарки, и про деньги не было сказано ни слова. И уже почти уходя, он как бы между прочим достает из кармана деньги, такую толстую пачку из мелких купюр — всего 300 долларов — эта была половина нужной суммы, и только потом я понял, что он принес свои деньги. Видимо, он не достал нужную сумму и забрал все свои доллары из дома.

Скажи, пожалуйста, как бы ты оценил значимость Арт-центра «Пушкинская-10» в культурной жизни России?

Несколько дней назад я был на юбилейном концерте Славы Бутусова, где звучала песня «Скованы одной цепью, связаны одной целью». И я вдруг понял, что все эти люди, которые были на концерте Бутусова в «Ледовом», уже 20 лет как связаны между собой незримой цепью. И то же самое я бы хотел сказать и о «Пушкинской-10». В 1990-е годы, когда мы еще боролись за этот дом, боролись с властями, мы еще мало понимали тогда наши судьбоносные связи друг с другом и с этим домом. И только сейчас, через 20 лет, мы понимаем: несмотря на то, что здесь живут и работают такие разные люди, каждый из которых — яркая творческая индивидуальность, все мы здесь скованы одной цепью, связаны одной целью. Судьбе было угодно, чтобы мы все здесь соединились. Эта цепь, соединяющая нас, за эти годы просто становится мифической, легендарной. Но это настоящая связь людей во времени и пространстве.

А лично для тебя что такое «Пушкинская-10»?

Вторая родина, второй дом — то место, куда я прихожу уже больше 17 лет. И представить себя без этого Дома я уже не могу.

Интервью взял Сергей Ковальский